.RU

§ 1. Борьба с экстремизмом в Интернете - Рассолов И. М., кандидат юридических наук, доцент Рассолов И. М. Право и киберпространство


§ 1. Борьба с экстремизмом в Интернете:

возможные системы ответственности

Юридические аспекты борьбы с экстремистской деятельностью в Интернете на сегодняшний день исследовалась лишь в общем виде. Поэтому остановимся на них в контексте идей интернет-права. Следует отметить, что в России до недавнего времени не существовало обширных правовых средств противодействия таким негативными явлениями как экстремизм, ксенофобия, проявление нетерпимости разного толка, расовой, национальной или религиозной розни, связанной с насилием или призывами к насилию. Сегодня механизм противодействия указанным выше явлениям определяет Федеральный закон РФ «О противодействии экстремистской деятельности» от 25 июля 2002 года (в редакции 10 мая 2007 года). Несмотря на сложность и противоречивость правовых конструкций и положений данного нормативного правового акта следует признать, что даже такие непрозрачные «правила игры» лучше, чем отсутствие регламентации в данной сфере (см. Приложения к данной работе).

Закон определил, что на территории России запрещаются издание и распространение печатных, аудио-, аудиовизуальных и иных материалов, содержащих признаки экстремистской деятельности, которые обозначены в части первой статьи 1 данного закона.

К подобным материалам в настоящее время относятся:

а) официальные материалы запрещенных экстремистских организаций;

б) материалы, авторами которых являются лица, осужденные в соответствии с международно-правовыми актами за преступления против мира и человечества и содержащие признаки, предусмотренные частью первой статьи 1 Закона;

в) любые иные материалы (в том числе анонимные), содержащие признаки экстремистской деятельности (ст. 13 Закона).

Ссылаясь на пункт «в» ст. 13 Закона можно с уверенностью констатировать, что незаконная информация экстремистского толка должна преследоваться правоохранительными органами и в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования (Интернете). Даже, если носитель информации сложно обнаружить или по каким-то причинам он не может быть представлен в материальной форме (диск, накопитель, дискета и т.д.) следствию или суду. В настоящее время законодатель уточнил, что для квалификации подобных правонарушений и преступлений не имеет значения форма предоставления информации. Еще раз уточним, речь идет о распространении в Сети печатных, аудио-, аудиовизуальных и иных материалов, содержащих все признаки экстремистской деятельности. Важным является не форма предоставления сведений, а содержание подобной информации. И сам факт ее размещения в Интернете. Поэтому при наличии всех признаков экстремистской деятельности, создание, хранение и распространение такого рода сведений должно пресекаться. Как и каким образом это делать – предмет отдельного исследования.

Статья 12 Закона имеет прямое отношение к пресечению подобной деятельности в электронной среде Интернет. Она устанавливает прямой запрет на использование сетей связи общего пользования для осуществления экстремистской деятельности. В случае, если Сеть все же используется для осуществления экстремистской деятельности, применяются соответствующие меры государственного воздействия с учетом особенностей отношений, регулируемых законодательством в области связи. Об этих особенностях шла речь в предыдущих разделах данной работы.

Однако следует указать на сложность правоприменения в данном случае. На практике, могут избежать привлечения к ответственности интернет-провайдеры и телефонные компании, предоставляющие услуги доступа к глобальной сети и телефонной связи членам экстремистских организаций. Их роль здесь может быть чисто технической, а может быть и намеренной. В повседневной жизни правоохранительным органам будет трудно доказать или опровергнуть умысел этих субъектов. Они осуществят связь, не зная о том, кому именно предоставляют эти услуги; им также трудно, а порой и невозможно проверить предварительно информацию на предмет содержания в ней признаков экстремизма. Вместе с тем следует признать, такого рода противоправная деятельность сегодня может осуществляться и имеет широкое распространение также благодаря беспрецедентным возможностям Интернета. Многие информационные ресурсы намеренно поощряют экстремистскую деятельность. Это способствует «раскрутке» такого портала и привлечению большего числа пользователей, а значит, и финансовых средств. На наш взгляд, законодателю следует урегулировать данный пробел и определить процедурные нормы привлечения к юридической ответственности в Интернете за подобные деяния (когда такие действия носят систематический характер, а намерение и вина лица очевидна). Возможно, по поводу таких противозаконных экстремистских действий можно подумать над установлением специальной процедуры привлечения к юридической ответственности, как это сделано по французскому закону в отношении прессы. За неимением автора, к ответственности привлекается издатель, за неимением издателя – распространитель и так далее. В любом случае подобный вопрос относится к числу дискуссионных.

Наиболее важным моментом для данной сферы является определение в Федеральном законе подсудности споров, связанных с данными нарушениями и некоторых процедурных норм судопроизводства. В настоящий момент установление наличия в информационных материалах признаков экстремистской деятельности осуществляется федеральным судом по месту обнаружения и распространения таких материалов или по месту нахождения организации, осуществившей их издание, на основании представления прокурора. Решение суда об установлении наличия в информационных материалах признаков экстремистской деятельности, является основанием для изъятия нереализованной части бумажного тиража. Организация, дважды в течение двенадцати месяцев осуществившая издание экстремистских материалов, лишается права на ведение издательской деятельности. Можно предположить, что подобные меры должны применяться и к субъектам интернет-права. Незаконные материалы по решению суда должны быть удалены из Сети, лица наказаны, а сайт может быть заблокирован (во всяком случае, может быть недоступен для пользователей российской зоны Интернета)193.

Копия вступившего в законную силу судебного решения о признании информационных материалов экстремистскими направляется в федеральный орган исполнительной власти в сфере юстиции.

В настоящее время формируется Федеральный список экстремистских материалов. Он подлежит периодическому опубликованию в средствах массовой информации194. Полномочия по ведению списков экстремистских материалов возложены на Росрегистрацию Указом президента РФ № 450195 с 5 мая 2006 года. Помощь в формировании списка оказывает Генеральная прокуратура РФ. Решение о включении материалов в федеральный список экстремистских материалов может быть обжаловано в суд в установленном порядке.

Материалы, включенные в федеральный список экстремистских материалов, не подлежат распространению на территории Российской Федерации. Лица, виновные в незаконных изготовлении, распространении и хранении в целях дальнейшего распространения указанных материалов, привлекаются к административной либо уголовной ответственности. Все это также имеет место и в отношении лиц, распространяющих подобную информацию в Интернете.

Следует отметить, что процедура привлечения к ответственности за распространение экстремистских материалов в Интернете с каждым годом становиться более понятной, позиция законодателя определенной.

Сегодня наиболее чувствительной является проблема ответственности субъекта (пользователя и провайдера) за качество информации, распространяемой в сети Интернет. Остановимся на ней подробнее. Известно, что все информационное наполнение и использование сети Интернет в коммерческих и некоммерческих целях осуществляется посредством услуг организаций, обеспечивающих доступ к сети Интернет, размещение и передачу информации в сети Интернет, так называемых провайдеров. Поэтому вначале рассмотрим возможные механизмы привлечения к ответственности этих субъектов.

Провайдер – специализированная организация, оказывающая услуги по доступу в Сеть, размещению и передачи информации в Сети.

В ст. 3 проекта федерального закона «Об электронной торговле» употребляется термин «информационный посредник» – «лицо, которое от имени другого лица отправляет, получает или хранит электронные документы или предоставляет другие услуги в отношении данных документов». Таким образом, это физическое или юридическое лицо, оказывающее услуги по передаче (получению), хранению электронных сообщений, предоставлению доступа к сетям электросвязи и информационным системам.

В настоящее время провайдер – это основной поставщик услуг в сети Интернет. Среди услуг, которые предоставляют провайдеры, для данного исследования интересны следующие (базовые услуги): организация доступа в сеть Интернет; предоставление свободного дискового пространства на сервере для размещения сайта, принадлежащего другому лицу (хостинг).

С точки зрения права, чтобы стать пользователем Сети, необходимо заключить с провайдером договор об оказании услуг по доступу в Сеть (т. е. установить с провайдером необходимые интернет-отношения). Для сеанса доступа в Интернет провайдер предоставляет пользователю IР-адрес (число, состоящее из четырех частей), который позволяет однозначно идентифицировать каждый компьютер в Интернете. IР-адрес необходим для маршрутизации запросов пользователя, когда с этого адреса на сервер провайдера поступает запрос пользователя, – компьютер провайдера осуществляет поиск в сети Интернет полученных данных и отправляет найденную информацию на IР-адрес пользователя. Отсюда возникло определение провайдера как информационного посредника.

Информационное наполнение сети Интернет осуществляется посредством заключения договора хостинга. По своей правовой природе договор хостинга схож с договором аренды: провайдер за определенную плату предоставляет лицу свободное дисковое пространство на своем сервере, а указанное лицо размещает на нем сайт.

Нужно отметить, что действия информационных провайдеров по оказанию услуг характеризуются следующими чертами: провайдер не инициирует интернет-отношение, не выбирает содержание передаваемой информации и ее получателя, не влияет на содержание информации, но хранит информацию только в пределах времени, определяемого техническими стандартами и протоколами исходя из нужд передачи информации. Такой же точки зрения придерживается и В. Б. Наумов196.

Указанная многомерность отношений, а также тот факт, что провайдер имеет техническую возможность в любой момент воздействовать на интернет-отношения своих пользователей, определили появление института ответственности провайдеров.

Изучение законодательства разных государств показало, что в них проблема ответственности провайдеров решается по-разному. Причем здесь можно выделить три основных подхода к решению данной проблемы: 1) провайдер несет ответственность за все действия пользователей вне зависимости от наличия у него как у субъекта права знания о совершаемых действиях; 2) провайдер не несет ответственности за пользователей в том случае, если выполняет определенные условия, связанные с характером предоставления услуг и взаимодействием с субъектами информационного обмена и лицами, чьи права нарушаются действиями пользователей и 3) провайдер не отвечает за действия пользователей.

В Китае и странах Ближнего Востока, например, используется первый подход, в Европе – второй. Так, в Европейской директиве по электронной коммерции197 от 28 февраля 2000 г. (разд. 4, ст. 12—15) проработано наиболее детально решение проблемы указанного вида юридической ответственности.

Директива устанавливает, что провайдер не несет ответственности за передаваемую информацию в случае, если он не инициирует ее передачу, не выбирает получателя информации и не влияет на целостность передаваемой информации. При этом допускается временное хранение передаваемой информации для осуществления необходимых технических действий по ее передаче. Утверждается, что провайдер не несет ответственности за действия пользователей при предоставлении услуг хостинга, если он не был осведомлен об их противозаконной информационно-правовой деятельности и после получения информации об этом прекратил размещение или доступ к информации. Аналогичное положение устанавливает и Закон об информации, информационных технологиях и о защите информации от 27 июля 2006 г. (ст. 17 Закона).

В настоящее время в ряде стран мира приняты предметные законы, касающиеся института ответственности провайдеров. Так, в шведском законе, регулирующем ответственность владельцев досок объявлений (Асt (1998:112) оn Responsibility for Еlectronic Вulletin Воаrds), устанавливается, что таковые обязаны удалять сообщения третьих лиц в том случае, если содержащаяся в них информация нарушает ряд норм уголовного и гражданского законодательства (в части авторского права). Похожая на европейскую, но менее детальная схема ответственности при нарушении авторских прав определена в американском Digital Millenium Copyright Act (DМСА)198, принятом в 1998 г. В Англии действует Defamation Асt199, принятый в 1996 г., который регулирует ответственность интернет-провайдеров за достоверность размещаемой на их сайтах информации.

На сегодняшний день в российском законодательстве четко не определены механизмы привлечения к ответственности провайдеров за размещение на обслуживаемых ими сайтах недостоверной и экстремистской информации, а также не установлена возможность предъявления к ним претензий за качество размещаемой информации.

О судебной практике в этой области говорить вообще не приходится.

Поэтому необходимо законодательное разрешение проблемы ответственности информационных провайдеров в России и в странах СНГ.

На наш взгляд, изменения и дополнения в российское законодательство должны вноситься по принципу, в соответствии с которым провайдер должен нести ответственность за качество информации, размещаемой на его сервере, в случае если:

1) данная информация размещалась по его инициативе и/или за его счет;

2) провайдер был осведомлен или имел возможность быть осведомленным о содержании информации, размещаемой на его сервере;

3) преднамеренные или непрофессиональные (противоречащие профессиональной подготовке, работе и возможности) действия провайдера повлекли размещение незаконной информации на его сайте.

Таким образом, ответственность провайдера наступает в зависимости от наличия его вины в размещении информации, нарушающей права третьих лиц.

Бремя доказательства отсутствия вины провайдера можно возложить на самого провайдера, который должен привлекаться в судебный процесс в качестве ответчика, а в случае отсутствия его вины ненадлежащий ответчик должен заменяться виновным лицом (провайдер остается в процессе в качестве третьего лица).

Такой механизм привлечения к ответственности будет вполне оправдан, если учесть, что фактически информация размещена на дисковом пространстве сервера, принадлежащего провайдеру (т. е. источник противоправной информации – компьютер провайдера).

В этом случае провайдеры сами будут заинтересованы в более тщательной проверке информации.

Необходимо законодательно закрепить право провайдера по результатам проверки:

– или удалять информацию, для выявления противозаконности содержания которой не требуется специальных знаний;

– или информировать компетентные органы о наличии сомнительной информации для более тщательной и компетентной проверки.

На наш взгляд, потенциал провайдера необходимо использовать в интересах упрощения процедуры по сбору доказательств в судебном процессе.

В случае привлечения провайдера к ответственности последний будет заинтересован в поиске надлежащего ответчика – собственника информационного ресурса, тем более что организационные и технические возможности провайдера позволяют ему осуществлять поиск как никому лучше.

Кроме того, необходимо обязать провайдеров регулярно копировать информацию с лог-файла200, бережно хранить и предоставлять ее при первом требовании заинтересованных и компетентных государственных органов.

Обобщая сказанное, можно утверждать, что проблема ответственности провайдеров – это особенно острая и насущная проблема государственной политики не только в области Интернета, но и вообще в интернет-праве. От того, как будет определена и регламентирована роль провайдеров в информационных общественных отношениях в сети Интернет, зависит дальнейшее развитие сети Интернет, а также нового направления юриспруденции – интернет-права.

Исследование показало, что заметные осложнения вызывают интернет-отношения, возникающие в виртуальном пространстве и отягощенные иностранным элементом. Они имеют место, когда электронный обмен осуществляется гражданами разных государств, либо ущерб в результате использования сайта причинен на территории иностранного государства, либо информация, размещенная на сайте, нарушает законы иностранного государства об охране прав интеллектуальной собственности и т. д.

На практике довольно часто распространена ситуация, когда потребитель информации, собственник информационного ресурса и хост-провайдер являются гражданами разных государств. При возникновении между сторонами судебного разбирательства встают следующие проблемы:

1) юрисдикции какого государства подчинено правоотношение (т. е. суд или компетентный орган какого государства вправе рассматривать дело);

2) право какого государства подлежит применению (традиционно в международном частном праве используются привязки для определения применимого права – «закон места нахождения», «закон места заключения», «закон места причинения» и т.д. Однако в настоящее время они все более приобретают совершенно иное звучание в связи с интернет-отношениями и используются в сочетании с таким критерием, как «место нахождения сервера»).

Как правило, у субъектов интернет-отношений с иностранным элементом есть возможность выбрать применимое право и место рассмотрения спора. Однако не во всех случаях этот способ будет эффективен. Стороны не всегда смогут по объективным (выбор применимого права возможен в основном в договорных отношениях) или субъективным причинам (стороны просто могут не договориться) совершить свой выбор.

Правовое регулирование в данной новой области только начало складываться, и пути его развития пока еще не определены. Результатом такой неопределенности может явиться то, что принятие решения судом о рассмотрении спора по отношениям, связанным с Интернетом, а также о выборе применимого права и его содержании будет зависеть от осведомленности судей в вопросах специфики виртуальных отношений и от способности с учетом этой специфики дать адекватное толкование законов судом и применимой норме права.

Когда принцип автономии воли сторонами в выборе суда не применяется, работает механизм международного частного права, который известен во всех правовых системах мира.

В любом интернет-споре с иностранным элементом в первую очередь возникает вопрос о том, в суд какого государства подать иск. Поэтому остановимся более подробно на характеристике возможных правовых коллизий, которые могут возникнуть при решении юрисдикционных проблем интернет-отношений.

Механизмы и процедурные нормы, по которым решаются подобные вопросы в рамках каждой национальной юрисдикции различаются и имеют специфику. Решением для этого вопроса исторически выступает фактор физического присутствия или физической досягаемости ответчика для суда. Однако бурное развитие высоких технологий, сложность определения места и времени совершения сделки (интерактивного обмена данными), уже не позволяет этому условию играть решающую роль. Экстерриториальность Сети дает возможность преступнику нарушать законы государства без физического нахождения на его территории. Следовательно, суду для надлежащего обеспечения правопорядка на своей территории необходимо расширять правила юрисдикции и за основу брать уже не закон ответчика, как считает Е. Леанович, а «фактическую связь спорного отношения с государством суда»201.

В этой связи интересна практика судов США (темпы развития американского рынка телекоммуникаций – основная причина большого опыта рассмотрения подобных интернет-споров в судах США).

До настоящего времени в США основным принципом решения юрисдикционных проблем являлась так называемая персональная юрисдикция (personal jurisdiction), в соответствии с которой суд обладает компетенцией по рассмотрению интернет-спора в отношении физического или юридического лица, если оно физически присутствует на его территории. Однако сегодня этот принцип дополнен, а порою напрямую заменен принципом минимальных контактов, т. е. связь ответчика с определенной территорией может служить оправданием для юрисдикции суда этой территории, и само физическое пребывание (статус резидента) ответчика не является определяющим условием юрисдикции американских судов202.

Во многих штатах критерии выявления минимальных контактов закреплены законами «длинной руки» (long arm statutes). В этом случае можно вести речь об экстерриториальности закона, распространении его действия на граждан и вне пределов того штата, в котором был издан данный закон. Среди подобных критериев следует особо выделить различные юридические факты, в основном действия. Например, факт заключения сделки (договор поставки товара, оказания услуг); владение и пользование недвижимостью; наличие постоянного счета в американском банке, по которому производится расчет с кредитором; причинение имущественного вреда на соответствующей территории. Поэтому в интернет-спорах американские суды признают наличие своей юрисдикции, принимая во внимание только существование определенных связей правоотношения с территорией США даже в том случае, если ответчик не является резидентом этой страны.

Простое размещение на сайте противоправной и экстремистской информации может быть рассмотрено как основание для вывода о наличии юрисдикции (если, например, лицо не ограничивает доступ к размещаемым в Интернете сообщениям резидентам США или размещаемая информация доступна на английском языке).

Изучение показало, что в европейских странах вопросы международной подсудности решаются в основном исходя из критерия физической досягаемости ответчика. Условно можно выделить три основные системы определения подсудности: 1) по закону гражданства (Франция); 2) по закону домицилия (Германия) и 3) по признаку фактического присутствия ответчика на территории страны суда (Великобритания). Кроме того, позитивное право и судебная практика европейских государств предусматривают возможность судебного разбирательства в отношении субъектов (лиц), не являющихся гражданами и не находящихся на их территории. Это происходит в том случае, когда спорное правоотношение тем или иным образом связано с судом государства203. Например, в качестве таких критериев связи может выступать нахождение имущества, факт заключения сделки или причинения вреда ответчиком на территории государства суда. Однако каким образом специфика правоотношений в Интернете может повлиять на изменение основных правил определения подсудности в европейских государствах, судить пока сложно.

В этой связи можно предложить решение проблемы определения юрисдикции путем межгосударственного согласования применяемых критериев. Для этого возможны следующие способы:

1) заключение международного соглашения об определении вопросов юрисдикции в отношении деятельности с использованием сети Интернет, в котором необходимо определить критерии отнесения к юрисдикции государства для каждого распространенного типа отношений;

2) частичное устранение проблем путем унификации материального законодательства. Если однородные интернет-отношения будут защищаться в различных государствах в одинаковой степени, выбор юрисдикции будет не принципиален;

3) заключение международного соглашения, определяющего применимое право к различным ситуациям (например, право страны нахождения сервера, на котором размещен сетевой информационный ресурс). Такой способ будет эффективен лишь при одновременной унификации законодательства различных стран, иначе недобросовестное лицо (субъект интернет-отношений) сможет заранее подобрать для себя удобное право.

Как один из вариантов решения вышеизложенных проблем, можно предложить создать специальный международный правовой режим для Интернета. Данный способ представляется достаточно сложным, однако некоторый опыт уже имеется – достаточно вспомнить специальные правовые режимы Мирового океана, Антарктики, космического пространства.

Однако нельзя не понимать, что опыт в установлении специального правового режима в отношении неизменных объектов окружающего мира не сравним с возможными усилиями установления правового режима в отношении постоянно и свободно развивающегося организма системы Интернет.

В свете изложенного остановимся на проблемах применения в Интернете специального режима юридической ответственности, установленного для прессы и аудиовизуального распространения информации во Всемирной сети.

В логике эволюции Интернета и права наиболее простое и быстрое решение состоит в том, чтобы переместить на Интернет (определенным образом приспособив) специальный режим редакционной ответственности, установленный для прессы (печати) в наиболее развитых странах (в частности, во Франции). Основным ответственным субъектом здесь признаются лица, обладающие специальными знаниями в этой сфере (например, ответственный редактор или выпускающий редактор). Данный режим отличается от общего некоторым количеством специфических характеристик. Общий режим ответственности существует параллельно этому специфическому режиму. Редакционная ответственность применяется только за правонарушения, совершенные в сфере прессы и предопределенные специальным Законом о свободе прессы от 29 июля 1881 г. (гл. IV)204.

Итак, возникает вопрос: может ли телеинформатика заимствовать режим специальной юридической ответственности, установленный для прессы и аудиовизуального распространения данных?

Французский законодатель пожелал установить принцип особой ответственности для печати, содержащий оговорку в общем праве, чтобы упростить свои возможные уголовные преследования. Система здесь основывается на принципе полной субсидиарной ответственности, определяя автоматически априорное ответственное лицо. Таковыми являются ответственный редактор (выпускающий редактор); за неимением его – автор, за неимением автора – типография, затем продавцы и распространители (ст. 42 Закона от 29 июля 1881 г.).

Чтобы выступать ответственным лицом, редактор (выпускающий редактор) должен иметь возможность контролировать распространяемые сообщения. Режим субсидиарной ответственности применяется только тогда, когда инкриминированная информация явилась объектом предварительной фиксации и по своему назначению была предназначена для широкой публики, являлась публичной, т. е. когда о ней имелась запись. В силу этого в случае выбросов информации непосредственно в Сеть определенным лицом юридическая ответственность накладывается на того, кто совершил такие действия.

При решении вопроса об уголовной ответственности субъекта (лица) французский суд считает, что электронные правонарушения не подпадают под специальный режим, установленный для прессы, в тех случаях, когда электронные службы не создают публикации в прессе и не обладают определенными признаками (написанное сообщение, периодичность и др.). Таким образом, к большинству электронных правонарушений, преследуемых по французскому закону, применяются нормы общего (неспециального) права. В тех же случаях, когда интерактивные службы предлагают консультацию по базам данных, содержание которых уже записано, это способно повлечь уголовную ответственность выпускающего редактора на основе специального режима ответственности, установленного для прессы.

Французский закон также освободил от ответственности провайдера, простого передатчика или транспортера информации (ФрансТелеком). Это освобождение от ответственности субъекта тем не менее осуществляется только при условии отсутствия его знания о правонарушении или о нарушении договорного обязательства до или в момент совершения нарушения.

Итак, на основе правового режима, установленного для французской прессы, структура субъектов ответственности может выглядеть следующим образом:

– ответственный редактор (выпускающий редактор), принявший решение об издании информации запретного содержания;

– автор инкриминированного сообщения (послания);

– типография, ответственная за юридическую целостность информации, сюда же относится и сервер распространения;

– распространитель или средство просмотра: центр размещения, провайдер или транспортер.

Примерно по такому же пути пошла и российская судебная практика по делам о защите чести и достоинства граждан и юридических лиц. В отсутствии специального режима ответственности для прессы, следует руководствоваться положениями п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» от 24 февраля 2005 г. В нем устанавливается, что если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации. Если эти сведения были распространены в средстве массовой информации с указанием лица, являющегося их источником, то это лицо также является надлежащим ответчиком. При опубликовании или ином распространении не соответствующих действительности порочащих сведений без обозначения имени автора (например, в редакционной статье) надлежащим ответчиком по делу является редакция соответствующего средства массовой информации, то есть организация, физическое лицо или группа физических лиц, осуществляющие производство и выпуск данного средства массовой информации. В случае, если редакция средства массовой информации не является юридическим лицом, к участию в деле в качестве ответчика может быть привлечен учредитель данного средства массовой информации.

Если истец предъявляет требования к одному из надлежащих ответчиков, которыми совместно были распространены не соответствующие действительности порочащие сведения, суд вправе привлечь к участию в деле соответчика лишь при невозможности рассмотрения дела без его участия (ст. 40 ГПК РФ).

В случае, когда сведения были распространены работником в связи с осуществлением профессиональной деятельности от имени организации, в которой он работает (например, в служебной характеристике), надлежащим ответчиком в соответствии со статьей 1068 ГК РФ является юридическое лицо, работником которого распространены такие сведения. Учитывая, что рассмотрение данного дела может повлиять на права и обязанности работника, он может вступить в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, либо может быть привлечен к участию в деле по инициативе суда или по ходатайству лиц, участвующих в деле (ст. 43 ГПК РФ).

Учитывая вышеуказанные положения, если ввести этот специальный режим юридической ответственности (установленный некоторыми странами для прессы) в отношении Интернета, уровни ее наложения можно представить следующим образом.

1. Первым юридическим звеном в цепи здесь будет издатель информации (он также первым здесь несет ответственность).

2. На втором месте – автор, который может отождествляться с издателем в случае, если издатель издает себя лично, т. е. когда речь идет об индивидуальном издателе (это второй уровень ответственности).

3. На третьем месте находится платформа технического посредничества – сервер размещения (это третий уровень ответственности).

Вместе с тем здесь не включен в каскад ответственности провайдер, так как его действия ограничиваются только тем, что он приводит в контакт пользователя с Сетью – без осуществления консультированного сервиса и без издательского контроля за содержанием этой информации. Ответственность не накладывается также на транспортера информации вследствие указанного принципа его нейтралитета в процессе телекоммуникаций. Напротив, если говорить о системе общей (неспециальной) юридической ответственности, то ответственность может налагаться и на этих лиц.

Преимущества этой системы следующие:

– жертвы правонарушения всегда будут уверены в том, что смогут найти ответственное лицо, так как в отношении Сети издатели информации в 80% случаев находятся вне национальной территории. Таким образом, все это гарантирует некоторую защиту их прав;

– автоматизм субсидиарной ответственности – на самом деле является простым и известным механизмом, осуществление которого позволит судьям избегать длинных судопроизводств;

– в действительности будут исключены из каскада ответственности провайдеры и транспортеры (передатчики) информации, они освобождаются от любой редакционной ответственности за исключением случая, если суд докажет обратное.

Неудобства системы таковы:

– если сделать ответственным за распространение противозаконной информации заочно (за неимением выбора) сервер размещения, есть риск нанести ущерб развитию Интернета. Многие из этих серверов не имеют никакой реальной редакционной ответственности за информацию, размещаемую и накапливаемую у (на) них. Например, многие серверы, так называемые зеркала, заимствуют информацию, произведенную вне страны, порой даже на другом языке. Такие страницы информации не находятся под контролем этого сервера. В этой связи большой и существенный риск состоит в том, что часть работы в Сети оставит национальную территорию и переметнется на территории других государств;

– система субсидиарной юридической ответственности с предварительно устанавливаемыми ответственными потенциально субъектами (лицами) предполагает исчерпывающее знание об этих субъектах (лицах), об их функциях и действиях, то, что в случае Интернета до конца невозможно проверить (в том числе из-за высокой скорости процедуры);

– субсидиарная ответственность потребует предварительной фиксации сообщения (послания); в таком случае будет налицо формализм, который будет сложно адаптироваться для открытых сетей (что противоречит его характеру сегодня);

– презумпция невиновности субъекта (лица) может быть поставлена под сомнение, что противоречит принципам построения нашей правовой системы.

Другое предложение состоит в том, чтобы применять к открытым сетям общего пользования, таким как Интернет, систему общей (неспециальной) юридической ответственности. Действительно, эти сети ввиду их специфичности (экстерриториальности, децентрализации среды и изменчивости роли ее участников, присутствии в различных секторах экономики) составляют новое информационное пространство, отличное от печати и аудиовизуального распространения. Для такой планетарной инфраструктуры как Интернет будет, возможно, нецелесообразным введение особенных юридических правил и процедур, так как противоправные деяния, совершенные в Сети, не только предусматривают наложение юридической ответственности на специалистов, но и касаются любого пользователя.

Кроме того, в определенном порядке все субъекты (автор, сервер размещения, провайдер, транспортер) могли бы преследоваться как главные авторы, соавторы или «сообщники», если, скажем, они сознательно поместили на публичное обозрение незаконную, противоправную информацию, нарушающую интересы граждан и общественный порядок. Соответствующие органы обязаны будут устанавливать их участие в правонарушении и анализировать как смягчающие, так и отягчающие обстоятельства применительно к каждому из участников Сети. Столь гибкое решение позволяет действительно устанавливать реальную ответственность каждого лица за совершение правонарушения. Оно исходит из принципа презумпции невиновности и будет доказывать виновное намерение субъекта. Такое решение соответствует, конечно, прагматическим и конкретным принципам функционирования Интернета.

Данная система юридической ответственности не будет накладывать на провайдеров или транспортеров обязательство следить априори за сообщениями, циркулирующими в Сети. Вместе с тем, если окажется, что после уведомления надлежащих органов они сохранили доступ противозаконной «службы» к Сети, и их виновное намерение будет доказано, то данные субъекты будут нести соответствующую ответственность.

Наряду с этим такая система сможет создать среди субъектов положение, согласно которому ни один из них, а также передатчики (транспортеры) не будут априори освобождены от любой ответственности. Такой подход, не будет способствовать уходу операторов с национальной территории.

Учитывая идеи, упомянутые выше, кажется, что альтернатива будет носить скорее политический, нежели технический характер. На наш взгляд, предпочтительнее второе решение.

В этой сфере также важно развивать международно-правовое сотрудничество, в том числе и по линии судебных органов.

Как мы уже подчеркнули, международное частное право и международное уголовное право уже сегодня предлагают многочисленные решения по вопросу правового регулирования виртуального пространства, информации в Сети. Действительно, общие механизмы выдачи преступника иностранному государству и международной правовой помощи в сфере уголовного права уже сегодня могут применяться в отношении преступлений, совершенных в электронной среде Интернета (по Конвенции о киберпреступности).

Так, в Европе давно уже действуют соглашения о выдаче преступников иностранному государству. Некоторые из них Россия подписала и ратифицировала. Среди них, например, Европейская конвенция о выдаче205 от 13 декабря 1957 г., Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам206 от 20 апреля 1959 г. До недавних пор не существовало детального договора между Россией и США по данному вопросу. Действовало лишь Соглашение между двумя странами о порядке исполнения судебных поручений от 22 ноября 1935 г. (в форме обмена нотами)207. Только 17 июня 1999 г. был подписан Договор между РФ и США о взаимной правовой помощи по уголовным делам, который был ратифицирован Федеральным Законом от 3 ноября 2000 г.208 Развивая это сотрудничество, следует в ближайшее время подписать еще один специальный договор между Россией и США о взаимной выдаче преступников, который затрагивал бы и сферу Интернета. Это окажет положительное воздействие на рынок интернет-услуг. Тем более что некоторые соглашения между государствами вполне состоятельны в вопросах коллизионного права в этой сфере. Например, Конвенция о юрисдикции и приведении в исполнение судебных решений по гражданским и коммерческим делам 1968 г., предоставляет жертве клеветы широкий выбор гражданских процедур, которые позволяют ей защитить свои права. Исполнение судебных решений осуществляется автоматически в странах – участницах данного Соглашения.

Российским юристам еще предстоит выработать свою точку зрения по проблеме юридической ответственности лиц, совершивших правонарушения в мировом виртуальном пространстве и в сфере компьютерной информации, анализируя гл. 28 УК РФ и другие национальные нормы права. Рекомендация Совета Европы №R (95) 13 относительно проблем уголовных процедур, связанных с технологией обработки информации209, могла бы послужить базой для такой правовой работы210. Следует подвергнуть всестороннему анализу этот нормативный акт в целях совершенствования отечественной правоприменительной практики в сетях. Вероятно, соответствующие законодательные изменения могли бы быть успешно внесены и в другие международные акты. Скорейшее присоединение России к Конвенции о киберпреступности решило бы многие проблемы в сфере уголовного права, способствовало бы выработке понятийного аппарата теории права и государства. Тем более что теперь это вопрос лишь времени211.



-1998-teksti-podgotovili-o-andzhej-shchensnij.html
-1obshestvenno-politicheskaya-zhizn-v-sssr-v-19531964gg-nshrushev-posobie-dlya-podgotovki-k-edinomu-gosudarstvennomu-ekzamenu.html
-2--000-0103-0000000-000-150211340-vlekcii-1-budut-rassmotreni-sleduyushie-voprosi-opit-razvitih-stran.html
-2-aktualizaciya-delovih-kontaktov-n-t-svidinskaya-kollektiv.html
-2-analiticheskoe-obespechenie-sovremennih-reform-gosudarstvennogo-i-municipalnogo-upravleniya.html
-2-antonio-gramshi-unitarnaya-shkola-kak-formirovanie-cheloveka-kazanskij-gosudarstvennij-universitet.html
  • grade.bystrickaya.ru/o-v-vilegzhanina-dizajner-florist-direktor-dizajn-centra-trioliya-g-kirova-v-s-golovina.html
  • holiday.bystrickaya.ru/metodicheskoe-obedinenie-pedagogov-dopolnitelnogo-obrazovaniya-detej-metodicheskaya-sluzhba-udod-regionalnij-opit.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zhalobi-pri-postuplenii-ili-na-moment-kuracii.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/tema-1-vvedenie-v-mezhdunarodnoe-ekologicheskoe-pravo-vipiska-iz-tematicheskogo-plana.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/rossiya-mezhdunarodnij-yadernij-mogilnik.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/tema-3-ntichnaya-filosofiya-po-bezgranichnim-projdya-svoej-mislyu-i-duhom-prostranstvam-tit-lukrecij-kar-o-prirode.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/12-psihologicheskie-prichini-rosta-etnicheskoj-identichnosti-v-sovremennom-mire-stefanenko-t-g-etnopsihologiya.html
  • write.bystrickaya.ru/glava-5-ispolzovanie-transa-i-manipulyaciya-soznaniempervaya-stupen-sergej-gorin.html
  • klass.bystrickaya.ru/aleks-zeltin-promivka-mozgov-stranica-18.html
  • literatura.bystrickaya.ru/soyuz-das-bindewort-makkenzen-l-m15-nemeckij-yazik-universalnij-spravochnikper-s-nemeckogo-e-zaharova.html
  • esse.bystrickaya.ru/razdel-ii-v-m-najdish-koncepcii-sovremennogo-estestvoznaniya.html
  • literature.bystrickaya.ru/diplomaticheskaya-akademiya-ministerstva-stranica-19.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/ob-osobennostyah-intellektualnih-processov-pri-porazhenii-lobnih-otdelov-mozga.html
  • grade.bystrickaya.ru/o-provedenii-pervenstva-ussurijskogo-gorodskogo-okruga-po-shashkam-chudo-shashki.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/svadebnie-igri-scenarij-vikupa-nevesti-1-9.html
  • essay.bystrickaya.ru/duhovnik-opitnogo-strannika.html
  • textbook.bystrickaya.ru/kniga-posvyashaetsya-dzhejn-stranica-6.html
  • holiday.bystrickaya.ru/nefinansovie-instituti-razvitiya-materiali-k-zasedaniyu-soveta-po-konkurentosposobnosti-i-predprinimatelstvu.html
  • universitet.bystrickaya.ru/tipovoe-polozhenie-ob-obsheobrazovatelnoj-shkole-internate-s-pervonachalnoj-letnoj-podgotovkoj.html
  • apprentice.bystrickaya.ru/vliyanie-bioritmov-na-fizicheskuyu-rabotosposobnost-detej-srednego-shkolnogo-vozrasta.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/resheniem-kollegialnogo-organa.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/solon-feognid-24-so-2-tis-do-n-e-sushestvuyut-2-kulturi-minojskaya-i-grecheskaya-po-8-v-do-n-e-zakladivayutsya.html
  • paragraf.bystrickaya.ru/xii-pesheri-chatirdaga-biografiya.html
  • universitet.bystrickaya.ru/student-moskovskogo-gosudarstvennogo.html
  • urok.bystrickaya.ru/programma-fakultativnogo-kursa-dlya-7-8-klassov-nablyudatelnaya-astronomiya.html
  • tasks.bystrickaya.ru/27-socialnie-cennosti-i-normi-nauchnogo-etosa-tvorcheskaya-svoboda-i-socialnaya-otvetstvennost-uchenogo.html
  • shkola.bystrickaya.ru/sistema-obespecheniya-nacionalnoj-bezopasnosti-respubliki-belarus.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/nauchnie-shkoli-mezhdunarodnie-otnosheniya-stranica-2.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/luchshaya-zashita-napadenie-luchshij-potrebitel-prodavec-chast-2.html
  • reading.bystrickaya.ru/kontrolnaya-rabota-1-obshaya-receptura-obshaya-farmakologiya-sredstva-vliyayushie-na-vegetativnuyu-nervnuyu-sistemu-stranica-5.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/uchishsya-otvechat-na-voprosi-druzej-i-vidvigat-svoi-argumenti-protiv-narkotikov-stranica-4.html
  • credit.bystrickaya.ru/pasport-municipalnogo-obrazovatelnogo-uchrezhdeniya-stranica-5.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/posleslovie-a-chto-dalshe-tvoej-zhizni.html
  • school.bystrickaya.ru/dressirovka-sobak-s-pomoshyu-polozhitelnogo-podkrepleniya-kliker-trening.html
  • literatura.bystrickaya.ru/reklama-v-sisteme-marketingovih-kommunikacij-uchebno-metodicheskij-kompleks-po-discipline-opd-f-11-osnovi-reklami.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.